Подготовка к посвящению в рыцари в 15 веке

   На длительном пути процесса становления рыцарем молодой человек позна­вал науку и нарабатывал навыки, сходные с теми, которыми приходилось обзаводиться предшественникам из предыдущих веков. Кандидата знакомили с принятыми у благородных господ правилами, учили держаться в обществе, петь и танцевать, угождать дамам и поддерживать компанию. Одновременно он приобретал умение ухаживать за лошадьми и вступал на трудную дорожку познания искусства пользования и приведения в порядок оружия и доспехов. Доспехи и оружие господина часто хранились в шкафах, и их приходилось содержать в чистоте и бороться с ржавлением (лучшим средством тогда являлось оливковое масло), проверять сочленения и соединения, чтобы все шарниры работали без малейшего заедания, а на кожаных ре­мешках не образовывались надсечки и потертости. Такого вида обучение продолжалось обычно несколько лет до тех пор, пока мальчик не достигал возраста примерно 14 лет. Именно тогда он становился «сквайром», или оруженосцем рыцаря, если, конечно, учителя находили его достойным такой чести. Если же нет - альтернативой могла стать церковная стезя. Как «сквайру», молодому человеку приходилось все больше и больше упражняться с оружием, вес которого иной раз намеренно увеличивался, дабы быстрее наращивать мускульную массу. В переводе Кристины Пизанской Кэкстоном в 1489 г. говорится:
   Рыцаря и человека оружного следует выбирать из тех, кто с младых дней юности познал ратный труд и законы битв.
   Хотя многие почитывали такого рода военные трактаты, лучшим способом научиться воевать оставалось участие в настоящих боях и охотах. «Сквайр» выезжал с рыцарями на охоту, где приучался отличать разнообразные команды рожков и познавал правильные способы разделки добычи. Он мог освоить длинный валлийский лук или арбалет, но для применения исключительно на охоте - использовать такое оружие в сражении считалось нерыцарским делом. Охота также помогала оттачивать навыки наездника, хотя лошади не натаскивались на преодоление барьеров, а большая часть страны представляла собой открытую местность и широкие поля. Молодой человек следовал за господином в битву, где ему полагалось вытаскивать сеньора с поля, если тот бывал ранен, или помогать сесть в седло, когда противник выбивал его оттуда, повергая на землю. По сравнению с предшествующими столетиями уровень требований, предъявляемых к образованию благородного юноши, повысился, и становилось вполне естественным для «сквайров» брать у священников или капелланов уроки чтения и письма на латинском или фран­цузском языке.
   Обряд посвящения в рыцари обычно проводился по достижении молодым чело­веком возраста от 18 до 21 года. Как правило, по таким случаям устраивали пышные празднества и турниры, и чем к более богатым кругам общества принадлежал кандидат, тем более помпезными бывали церемонии. Юноша хороших кровей порой удостаивал­ся чести быть посвященным в рыцари самим королем, в некоторых случаях «сквайры»-оруженосцы производились в рыцарское звание перед битвой или иногда/напротив, после нее в качестве поощрения за особо хорошую службу. Некоторых, однако, по­свящали в рыцари в значительно более позднем возрасте, а случалось, они оставались «сквайрами» до конца своих дней. Новоиспеченному рыцарю полагалось продолжать за­ниматься физическими упражнениями и подготовкой с оружием. Он, как и ранее, рубил деревянный столб или шест, пробовал силу с оппонентами из воинской среды во дворе или верхом атаковал столб с мишенью для поражения всадником. Некоторые пытались достигнуть высот мастерства - например, учились ловить кончиком копья подвешенное кольцо, каковое занятие требовало четкой координации движений и крепкой руки.
   К середине столетия благородные господа все чаше искали себя на поприще закона или каких-то еще более мирных занятий, встречая порой неодобрение со стороны людей вроде Уильяма Вустера, высказывавшегося на данную тему в Воке of Noblesse (книге нобилитета), написанной как раз в то время. С уменьшением рыцарей для призыва их под военные знамена, в ходе ведения боевых действий королям и прочим полководцам все чаше приходилось полагаться на ветеранов - командиров времен французских войн. Обучение и подготовка обычных солдат скоро стали отражать различия во взглядах от­дельных капитанов в некоторых особенных сферах военного дела.
Рыцарь, изображенный в издании «Элсмирских рукописей» Чосера начала XV века.
На рыцаре вертикально простеганный «жюпон» с непривычными рукавами, напоминающими волынку, которые, как по­лагает Терри Джонс, могли быть расширены в более поздние дни. Четыре ре­мешка на груди и плечах служили, вероятно, для крепления внешнего на­грудника или, возможно, для оттягивания краев коль­чужной бармицы. Обратите внимание на клеймо на крупе лошади. Одетый по моде сын рыцаря справа от него вовсе не носит доспехов.