Походная жизнь рыцарей в XIV веке

   В XIV столетии существовало несколько способов ведения военных действий. «Швоше», или набег представлял собой конную вылазку (буквально «поездку верхом») в глубь неприятельской территории. Как и всякая всесторонне испытанная подобная феодальная тактика до него, прием имел целью раз­рушение экономики того или иного района за счет стремительных нападений, в ходе которых воины добывали себе продовольствие и попутно уничтожали урожаи, сжигали села и убивали крестьян (подрывая позиции местного сеньора и принуждая его к пере­говорам). При этом участники рейдов избегали ненужной опасности и старались не приближаться к замкам, если только не питали надежды на легкий захват такого рода твердынь.
Сэр Джон Далингригги воздвиг в 1385 г. в Суссексе замок Бодиэм, опасаясь так и не случившихся нападений французов.
 

 По плану крепость представляет собой квадрат, к стенам ее с внутренней стороны жмутся хозяйственные и жилые постройки. Сэр Джон занимал апартаменты на втором этаже, откуда имелся доступ к его скамье в часовне. Жилые покои сеньора состояли из при­емной, кабинета и двух спален. В нижней части стен - бойницы для зарож­дающейся артиллерии.

   Успех в больших битвах требовал применения кавалерии и ни с чем не сравни­мого искусства английских стрелков из валлийского лука. При грамотном использова­нии конницы в сражении лихой ударный бросок всадников представлял собой грозное оружие и вполне мог привести к образованию бреши во вражеских порядках. Сначала всадники шли шагом, держась друг к другу колено к колену. Стараясь не утомить коней и не расстроить порядков, рыцари постепенно разгонялись, наращивая скорость, чтобы перейти на галоп уже в непосредственной близости от противника перед столкнове­нием с ним. Именно в тот момент копья опускались для удара. Встречались ситуации, когда подобные маневры не могли выполняться с должной эффективностью, например, на болотистой и гористой местности Уэльса. Со своей стороны для противодействия кавалерии шотландцы делали ставку на «шилтрон» - плотный строй, ощетинившийся длинными копьями. Грамотно примененные во взаимодействии с конницей, лучники об­ладали способностью расстроить такие формирования пехоты, проделать в них бреши для атакующей кавалерии или же заставить стойкого врага нести потери под обстрелом. Как бы там ни было, в 1307 г. при Лаудон-Хилл крупный отряд численностью, вероят­но, в 3000 чел. под началом Аймера де Баланса, эрла Пембрука, был отброшен всего 600 копейщиками Роберта Брюса с хорошо защищенными флангами. Пембрук отступил после двух тщетных попыток атаковать силами кавалерии. Удача сопутствовала шот­ландцам вновь в 1314 г., когда Эдуард II с треском проиграл битву при Баннокберне: неприятельские всадники обрушились на английских лучников, тогда как «шилтроны» привели в замешательство английскую тяжелую конницу.
   Лучники эффективно применялись под Боробриджем, в Йоркшире, в 1322 г., на сей раз против врага Эдуарда - эрла Ланкастера. Эрл Херефорда повел около 300 чел. в закончившуюся неудачей пешую атаку через мост над рекой Юр против блокировав­ших путь королевских войск, но пал, сраженный ударом копья из-под моста. Когда же конники направились к броду, лучники на противоположной стороне реки отразили все попытки неприятеля форсировать водную преграду.
   Молодой Эдуард III формировал войска таким образом, что основу пехоты в них составляли лучники, которые по большей части передвигались верхом для большей под­вижности и обеспечения способности угнаться на марше за конницей. «Жандармы» все чаше спешивались на поле боя и образовывали передовые части, или «дивизионы» (на­зывавшиеся «бэттлз», или «баталь», если по-французски). Где позволяла местность, они занимали естественным образом защищенные позиции вместе с лучниками, заставляя врага растрачивать силу и терять напор в попытках прорваться. Подобный прием в во­енном деле впервые опробовался в битве с шотландцами. Фруассар описывает, как в 1327 г., когда войска Эдуарда столкнулись с шотландцами, король приказал англичанам спешиться, снять шпоры, а потом построиться в три пеших формирования. В 1332 г. войско «лишенных наследства шотландцев» под началом претендента на трон, Бальоля(фактически в основном из англичан), вторглось в Шотландию и после неудачной атаки на шотландский лагерь на реке Эрн построилось единым отрядом спешенных «жандар­мов» в Дапплин-Мур, имея на флангах лучников и в запасе небольшой конный резерв. Шотландцы под началом регента Доналда, эрла Мара, не выдержали ливня стрел луч­ников, и тогда, развивая успех, многие «жандармы» Бальоля вновь сели в седла и броси­лись преследовать разгромленного противника. В следующем году под Халидон-Хиллом неподалеку от Берика три дивизиона с лучниками на флангах сокрушили шотландцев, после чего рыцари в конном строю приступили к погоне и гнали неприятеля до Данса. 
   Осадное дело требовало иных приемов и специального персонала, обученного обслуживать машины и механизмы, а позднее и новомодные пушки. Важностью своей такие, с позволения сказать, техники не уступали рыцарям. Но и рыцарям находилась работенка в ходе длительных осад: они обеспечивали сопровождение обозам, устраи­вали набеги на окрестности для обеспечения войска провизией и бросались на приступы, если за счет подкопа или работы стенобитных машин удавалось обрушить участок стены. Они же применяли штурмовые лестницы или действовали с осадных башен. Если удавалось захватить тот или иной опорный пункт, рыцари составляли костяк вновь об­разовываемого гарнизона.
   Сражаясь в пешем строю, рыцарь отчасти полагался на свиту - оруженосцев и слуг, - задача которых состояла в поддержке и прикрытии господина. Нередко он носил «жюпон», или подбитую безрукавку, с гербом на груди и на спине, но другие оставались лишенными геральдики, и воина с опущенным забралом было не так легко опознать. Если рыцарь относился к разряду «баннере», его квадратное или вытянутое знамя разво­рачивали перед началом боя, а знаменосец всюду следовал за господином с вверенным ему стягом. К концу столетия человек с положением мог иметь отдельный штандарт и для своей дружины - длинный флаг, украшенный, вероятно, красным крестом св. Георгия ближе к древку, а также фрагментами геральдики сеньора, как, например, основные фигуры и цвета, и, вероятно, его лозунг - боевой клич, используемый для сбора и воодушевления дружины. В грохоте битвы для отдачи команд применялись рожки и жестикуляция.
   Кроме всего прочего, сфера применения рыцарей не ограничивалась исключитель­но сушей. Они сражались на палубах кораблей, особенно в ходе знаменитой битвы при Слейсе в 1340 г. В таких столкновениях суда сближались, давая возможность лучникам и арбалетчикам вести «огневые» дуэли, после чего противники сходились вплотную и бросались в рукопашный бой, стремясь закончить его победой на палубе вражеского корабля. Верный выработанной сухопутной тактической концепции даже в морском деле, Эдуард III универсализировал ее, ставя и на судах одного «жандарма» между двух лучников.