Подготовка к вступлению в рыцарство

   Обучение кандидата на вступление в рыцарскую касту начиналось с раннего возраста. Большинство мальчиков происходило из семей ры­царей, хотя некоторые являлись выходцами из среды процветающих купцов, законоведов или судейских и правительственных чиновников. Последние могли войти в рыцарское сословие в результате признания их достижений на службе, однако большинство отпрысков рыцарских фамилий, как уже говорилось, приступали к прохождению соответствующей подготовки еще совсем мальчишками.
   Все процедуры мало чем отличались от бытовавших в предшествующем столетии, включая воспитание манер и усвоение приемов обращения с оружием. Кто-то из под­ростков мог научиться от монаха или капеллана чтению и письму на французском или латыни. Английский в середине века еще только прокладывал себе путь в придворную среду, но большинство людей, по всей вероятности, говорили на нем как на первом языке. Пажам приходилось постигать науку подавать блюда и вина к столу, и в то же время от них ожидали умения ухаживать за лошадьми. В возрасте около 14 лет те из них, кто справлялся с обязанностями, переходили в разряд оруженосцев и отдавались в учение к рыцарю. Тогда и начиналась настоящая военная подготовка с доспехами и оружием. Подросток или подростки сопровождали господина во время охоты, представ­лявшей собой очень неплохой способ показать удаль, выучку и физическую силу, а также дававшей недурную прибавку к продовольственному рациону. Юноши знали, как нужно действовать и что делать после того, как жертва загнана и умерщвлена, как разделать ее. Они вполне привычно пользовались луком или арбалетом, хотя применение данного оружия ограничивалось областью охоты - стрелять из них в ходе битвы считалось за­нятием, недостойным рыцаря.
   «Сквайр» (оруженосец) по Чосеру создает у нас представление о молодом человеке, очевидно переполненном жизненной силой и наивной восторженностью юности (и, как есть основания предполагать, является выходцем из привилегированной среды). В от­личие от довольно трезвомыслящего персонажа - рыцаря и отца юноши - сам «сквайр» горяч и страстен и кажется нам пышущим неукротимой энергией. Он одевается ярко, если не сказать крикливо, он распевает песни, танцует и весь вечер напролет ухаживает за юными придворными дамами. Что особенно интересно, если не считать турниров, то в описании Чосера не прослеживается никакого намека на военную сторону жизни будущего воина. На иллюстрации из Элсмирских рукописей начала XV века «сквайр» - в отличие от отца - показан в гражданской одежде. Он, без всякого сомнения, развитый и современный эпохе молодой человек, умеющий писать и даже рисовать. Подростки и юноши, предназначенные для рыцарской стези, стали все чаще получать хорошее об­разование - учиться вести себя в обществе и разбираться в собственном хозяйстве или же, если доведется занять должность при дворе, в делах государства.
 

   В возрасте между 18 и 21 показавшие себя с хорошей стороны оруженосцы удостаивались посвящения в рыцари. В XIV и XV столетиях церемонии эти нередко проводились накануне сражения, что пополняло войско новыми рыцарями, готовыми особенно храбро сражаться в стремлении оправдать оказанную им честь. К тому же такие люди могли понадобиться как командиры отрядов, поскольку задействовать в данном качестве «сквайров» не полагалось. Эдуард III произвел группу молодых людей в рыцари накануне рейда в Шотландию в 1335 г. Новоиспеченные рыцари, конечно, тоже немало выгадывали, ибо повышалась ставка их жалованья, а к тому же появлялся более верный шанс, в случае скверного исхода дела, попасть в плен и сохранить жизнь ради получения выкупа успешным противником, а не быть беспощадно изрубленным на поле битвы. Помимо всего прочего, семье молодого человека не приходилось тратиться на дорогостоящий обряд. Правда, случаи производства в рыцари отмечались и, напротив, после сражения, как после победы под Креси в 1346 г. В том бою Эдуард III отклонил просьбу о присылке подкреплений, поданную Черным Принцем, велев посланцу пере­дать сыну: он должен заслужить шпоры. Юноша вполне оправдал надежды.

Скульптурное изображение, по всей вероятности, Ричарда Стэплдона. Около 1332 г. При господине его боевая свита - оруженосец и паж, последний держит коня. На «сквайре», судя по всему, надетый под «сюрко» «акетон».    При прохождении полной церемонии кандидат совершал символическое омовение ради очищения, после чего ложился в постель, из которой восставал сухим и чистым, как бы воскресая в раю. Он мог провести всю ночь напролет в бдениях в часовне, возложив меч на алтарь. В описываемую эпоху обряд посвящения в рыцари включал моления Богу, чтобы тот помог новоиспеченному воину доблестно сражаться за Англию. Принудительное вступление в рыцарство все еще встречалось, хотя положение перестало быть столь острым по сравнению с тем, как обстояло дело в XIII столетии. Случалось, по­священие в рыцари сына короля являлось хорошим предлогом одновременно провести ту же церемонию над юными отпрысками благородных семейств. Один примечательный и достойный упоминания случай происходил в 1306 г., когда Эдуард I посвящал в ры­цари 21-летнего сына вместе с 276 «сквайрами». Количество собравшихся оказалось таким большим, что пришлось занять площадь Храма в Лондоне. Что касается расходов «сквайров», им приходилось оплачивать только лошадей и доспехи. За исключением принца Эдуарда и некоторых его спутников, находившихся в Вестминстере, остальным для ночных бдений отвели Темпл. После проведения над ним отцом во дворце об­ряда посвящения в рыцари принц Эдуард вернулся в Вестминстер и произвел в рыцари остальных. Не обошлось без трагедий. Два рыцаря погибли в толпе, некоторые упали в обморок, к тому же вспыхнула драка. После восстановления порядка церемония про­должилась. Вся эта помпезная и недешевая затея потребовалась королю неспроста - он нуждался в воинах для нового похода в Шотландию.