Время перемен

   С началом XIII века характер феодальной службы стал претерпевать изменения. Система, действовавшая на протяжении нескольких столетий, более уже не отвечала новым требованиям и не могла удовлетворять государей, вынужденных искать иные спо­собы сколачивать современные боевые соединения. Одной из самых трудноразрешимых проблем следует назвать сложности с получением необходимого количества бойцов для продолжительных походов за пределы Англии, чего никак нельзя было обеспечить при наличии традиции 40-дневного срока феодальной службы. Другое затруднение заключа­лось в росте стоимости экипировки всадников. Оплата рыцарю в размере 2 шиллингов ежедневно неизбежно осложняла магнату задачу, делая слишком дорогой обязанность обеспечивать сюзерену такое же количество полностью снаряженных кавалеристов, как и столетием ранее, когда цены не были столь высокими. Новые договоры королей с феодалами отражали эту экономическую реальность, поскольку государям приходилось снижать требования в отношении количества людей. Некоторые магнаты, являясь на сборы к королю, попросту не приводили с собой положенного числа конных воинов. В 1214 г. эрл Девона прибыл с 20 рыцарями, а не с 89, как был бы должен. В соответ­ствии с Неизвестной хартией свобод, предшествовавшей Великой хартии вольностей, бароны считали, что любой из них, кто должен приводить на службу королю больше десяти рыцарей, нуждался в снижении квоты. Наряду с магнатами и их крупными дру­жинами Иоанн созывал под королевские знамена отдельных рыцарей, славившихся великой честью, как, например, Тикхилл, который всегда являлся один или с еще одним рыцарем. Что необычно, Иоанн выдавал подлежавшие погашению денежные кредиты тем, кто нес феодальную службу, как происходило дело в ходе ирландской экспедиции в 1210 г. и во время похода в Пуату в 1214 г.

  Великая хартия вольностей не привела к снижению квот, а лишь предотвратила увеличение груза повинностей. Однако отдельные индивидуальные договоры вырази­лись в больших послаблениях некоторым магнатам, тогда как меньшие сеньоры такой поблажки не получили. Имевшие место случаи включения в списки женщин показывают, что непременной персональной службы все-таки уже не требовалось. В 1229 г. удалось

собрать 500-600 рыцарей. Если тот же Куртене должен был прежде приводить 92 ры­царя, на самом деле планка для него опустилась всего до трех; Роберт де Сент-Джон прислал пятерых вместо 55, хотя по новым обязательствам от него ожидалось всего три. Квота Роберта де Ньюборо снизилась с 15 до 12 чел., хотя в действительности от него поступало лишь два рыцаря. Феодальные поместья не справлялись даже со сниженными нормами. Магнатам, обязанным приводить на сборы много вооруженных людей, при­ходилось нести огромные расходы на обеспечение их всем необходимым, к тому же возникали дополнительные траты на содержание резервов для продолжительной кам­пании. Возможно, послабления отражают и опасения короны в отношении привычки собирать большие армии, которая, выработайся она у сеньоров, могла вполне наделать немало неприятностей их государю. В 1282 г. эрлы Норфолка и Херефорда просто покинули короля после истечения 40-дневного срока службы, что обернулось бы настоя­щей бедой, если бы они явились с положенными по численности дружинами, а потом в одночасье ослабили короля их уводом.

  Хотя королям, возможно, было бы проше вообше отказаться от изживших себя традиций и полностью перейти к военной системе, основанной на чисто денежной базе, недовольство нобилей по поводу покушений на их феодальные обязанности и замену их воинами на жалованьи заставляло продолжать проводить созывы войска по прежним правилам. Тем не менее, когда в 1294 г. Эдуард I попытался собрать войско для похода в Гасконь, операцию пришлось отложить из-за низкой явки вассалов. Как бы там ни было, походы во Фландрию (1297 г.) и под Фалькирк (1298 г.) организовывались вообще без созыва феодального ополчения.

«Добродетельный муж» - полный достоинств конный английский рыцарь, выходящий на битву со злом, -  из Summa de Vitiis (свод пороков) Перальдуса, около 1240 г.

  Новые квоты, безусловно, не позволяли системе исправно действовать, и приме­чателен тот факт, что король (и сеньоры в свою очередь) продолжал требовать выплаты «скьютиджа» в соответствии с прежде обусловленной численностью. Устанавливались штрафы для неплательщиков «скьютиджа» или лиц, отказывавшихся поставлять оговорен­ное количество воинов, однако встречалось немало случаев, когда пеня не выплачивалась и накапливалась, составляя со временем очень крупные суммы. В 1263 г. прозвучал коро­левский призыв главных вассалов в соответствии с их новыми квотами, но одновременно шерифы получили наказ согнать в войско всех, даже тех, кто держал феодальное поместье «стоимостью» в одного рыцаря. Таким образом, система феодальной службы продолжала действовать, причем, как можно судить по упоминаниям в источниках, по-прежнему при­носились присяги на верность и «омаж», а в отдельных случаях только то или другое. Война баронов, разгоревшаяся в середине столетия, по-прежнему оставалась по характеру фео­дальной. Церковники, располагавшие земельными владениями и обязанные поставлять за держание собственности военную силу светским сеньорам, заключали договоры с про­фессионалами, чтобы обеспечить покрытие квоты на феодальную службу.